Человек необычайно трудной судьбы, славный сын своей родины. Родился в 1895 году в г. Бийске, в семье Шебалина Петра Ивановича по социальному и общественному положению - мещанина. Семья жила в небольшом деревянном домике на высоком берегу реки Бия. Три сына и две дочери, подрастая, включились в общие заботы семьи. Большую часть летнего времени мальчики проводили на реке. Росли они крепкими, закаленными, умеющими плавать и подолгу держаться на воде. Жила семья заработками отца и подраставших сыновей. Сам Петр Иванович перевозил грузы на весельной лодке, помогал ему старший сын Григорий. На лодке же подвозили к дому дрова, выловленные в половодье бревна, корма для лошадей. Река снабжала семью рыбой. Продажей, выловленной рыбы, не занимались. Заниматься заработками на лодке можно было только летом. Содержали во дворе две лошади. Сначала отец, а затем сын, Кирилл занимались извозом. Кирилл завел хорошую лошадь, приличную сбрую и удобный транспорт для перевозки пассажиров.

Перевозки на лодке по реке часто были рискованными. То ветер поднимет и гонит высокую волну, то от дождей и таянья снега в горах, река вздувается по фарватеру бугром, а добраться домой с поклажей надо. Не раз отец и сын оказывались рядом с перевернутой лодкой и с трудом спасали себя и свое утлое суденышко.

Навыки: не боятся воды, бороться за свою жизнь, если оказался в бушующей реке, в последствии очень пригодились Григорию Петровичу.

Город Бийск сначала складывался как город-крепость для защиты земель и населения от набегов джунгар и других кочевников. Постепенно население увеличивалось и селилось за пределами крепости. Оно занималось хлебопашеством, охотой на пушного зверя, рыболовством. Налаживались торговые связи с другими сибирскими городами и с местным кочевым населением. После вхождения алтайцев в состав России г. Бийск все более становился торговым центром, привлекающим купцов издалека. Церковная епархия (Томская) возводила здесь храмы, открывала церковно-приходские школы. В XIX веке открывалась гимназия. Однако большая часть населения, для обучения детей, не имела средств. Из семьи Шебалиных дети могли посещать только начальную школу. Григорий проявлял интерес к учению, знаниям, увлекался математикой. Поступил в коммерческое училище. Из-за недостатка средств вынужден был оставить училище и пойти работать. Это работы на пристани, в судоремонтных мастерских. Строилась железнодорожная станция, но это было на другом конце города.

В 1915 году Григорий Петрович был призван на службу. Грамотный, рослый, имея физическое здоровье, был направлен на флот. В полном разгаре была первая империалистическая война, поглощавшая человеческие жизни. Сухопутные войска и морские силы требовали пополнения. Новобранец хорошо знал, что, значит, проходить службу на флоте в военное время. Служба на флоте это особая служба.

Военный корабль твой дом, твой военный полигон, твоя крепость.

Прежде чем заступить на корабль, даже на самый маленький, новобранец проходит обучение на плавбазе. Здесь его ознакомят со всеми уставами и требованиями корабельной службы. Научат воинской дисциплине, умению выполнять приказы и распоряжения начальствующего состава. Научат стоять вахту, отдавать рапорт, тщательно следить за своим внешним видом, не терять чести моряка.

После этого, пройдя санитарную обработку, дезинфекцию, новобранец надев новенькую форму с обозначением названия корабля на бескозырке, становится моряком и поднимается на палубу корабля. На палубе, стоя на линейке, где равнение точнее натянутого каната, подтянутость, выправка, полосатая тельняшка, на могучей груди, новоявленный моряк зачисляется в команду и получает назначение на должность, хотя бы эта должность означала драить палубу. Чтобы просто стать матросом, надо беспредельно любить морскую корабельную службу и раз навсегда заведенные порядки на нем.

Тесна территория корабля, где все члены экипажа на виду друг у друга: и во время исполнения должностных обязанностей, и во время спасения корабля от разбушевавшейся стихии, и при ведении боя с противником.

Не щадя сил и жизни надо биться за жизнь корабля, тем самым биться за спасение собственной жизни и жизни каждого на корабле. На судне воспитывается необычайно высокое чувство коллективизма, взаимовыручки и самопожертвования.

Спаянный, слитый воедино, экипаж корабля, позволяет капитану вести судно на выполнение такой боевой задачи, которая смертельно опасна. Решительность, своевременный маневр, четкость и быстрота выполнения команд, приносят успех, позволяют не только избежать гибели, а и одержать победу над противником.

Григорий Петрович охотно воспринял направление служить на флоте. В этом же 1915 году эшелон новобранцев-сибиряков прибыл в г. Владивосток. На плавбазе Сибирского флота началось обучение морскому делу. Ему легко давалась флотская служба. Городской житель, закаленный трудом, быстро и ловко выполнял воинские упражнения. Легко усваивал морские термины, теоретическую и практическую часть программы. От начальствующих командиров получал похвалу, его ставили в пример, обещали, что по истечении срока из нижнего чина по экзамену может быть произведен в офицеры. После предварительной подготовки на берегу был зачислен в команду рулевых и сигнальщиков. При всех выходах весельных ботов с рейда Шебалин выполнял обязанности вперед смотрящего и рулевого. Корабельная служба создает суровую, требовательную атмосферу, закаляет характер, воспитывает чувство ответственности и долга.

Первым боевым кораблем, на котором проходил службу, было посыльное судно "'Млада". Корабль рейдировал в ближайших водах, нес разведывательную службу, шифрованным текстом информировал командование о выполнении задания. Сигнальщики все светлое время суток болтались на высоте салинга, вели наблюдение. На встречных курсах по приказу командира расцвечивали флагами морские приветствия. При смене курса особенно в ветряную погоду амплитуда раскачивания и крена судна были внушительными. Нелегко было сигнальщикам репетировать на командный пункт о наблюдаемом объекте. Командовал "Младой" старший лейтенант Домершиков.

Григорий Петрович рассказывал. Случалось, погода крепчала* огромные, как горы волны высоко поднимали свой белый гребень, достигали палубы и обрушивались на нее всей своей тяжестью, рассыпались на отдельные потоки, выискивая на пути то, что можно смыть и унести за борт. Капитан корабля не менял курс, не уводил корабль от опасности, а отдавал команды, маневрируя в разбушевавшейся стихии. Он закалял экипаж, приучал его действовать слаженно в любых самых трудных условиях, преодолевать напор ветра, приступ бури, выполнять команды, не терять надежды на корабль и спасательные действия корабельной команды.

По ритмичной работе двигателей, по тому, как корабль подчиняется рулям то с некоторой медлительностью, то с какой-то торопливостью выполняя маневр, капитан все более уверялся в живучести судна, в правильных действиях команды, в невероятно трудных условиях, выполнявшей его приказы.

Налетевшая буря не была мимолетной. Более суток, то наращивала свой натиск, то смирялась, убрав бешеный ветер, оставив большие волны. Только на третьи сутки проглянуло небо, продирая свою голубизну сквозь сетку дождя и мрачных облаков. Это верный признак смены погоды. Корабль вышел из борьбы со стихией потрепанным, с некоторыми утратами, но с закаленным коллективом моряков, способным проявлять мужество и стойкость в борьбе.

По распоряжению командира занялись исправлением порушенного, удалением проникшей воды, приведением в порядок вооружения и боеспособности судна. Военные действия развертывались на Западе. Германия стремилась поочередно сокрушить и вывести из войны то Англию и Францию на своем западном фронте, то Россию - на восточном.

Развертывались новые военные операции на морях, окружающих Европу. После вступления в войну Турции на стороне Германии начались столкновения морских сил в Средиземном море. Флотилии Англии и Франции пытались овладеть проливом Дарданеллы и захватить столицу Турции г. Стамбул. Эта операция не была успешной. Германский надводный и подводный флота продолжали боевые операции в Северном море.

Россия не имела военного флота и баз для него на своем северо-западе. Война заставила ее; создавать военно-морскую базу на северо-западе в Мурманске. Пришлось переправлять туда часть военного флота из бассейна Тихого океана, из Владивостока. Эсминцы "Грозовой", "Властный" еще в 1915 году благополучно добрались до Мурманска. Готовились к отправке и другие более мощные корабли. Япония зорко следила за развитием международных событий и была заинтересована в обоюдном ослаблении воюющих европейских блоков. Она продала России военные корабли, захваченные ею в русско-японской войне 1904-1905 годов. Среди вернувшихся кораблей в родную гавань Золотой рог были броненосные крейсера "Пересеет" и "Чесма". Формировались для них экипажи. Так на "Пересвете" оказался в составе команды сигнальщиков Григорий Петрович Шебалин. Служба моряков на кораблях шла своим чередом. Моряки время от времени получали увольнительные на берег. Посещали рестораны и пивнушки. У них не считалось зазорным выпить, а скорее наоборот зазорно не выпить. Фотографировались на память. Снимки, на которых бравые моряки были красивы и статны, отправляли домой. На одной из фотографий, отправленной Григорием домой, он пометил дату снимка, название корабля, на котором служил: посыльное судно "Млада", командир старший лейтенант Домерщиков. На другом снимке, на бескозырке "Пересвет". Это уже 1916 год.

К концу лета 1916 года "Пересвет" отправился в длительное плавание. Его маршрут пролегал через южные моря - Японское, Восточно-Китайское, Южно-Китайское, Индийский океан. Красное море, Средиземное море, Атлантический океан, Норвежское море к Российскому берегу - к Мурманску. Экипаж знал, куда они идут, нес службу на корабле исправно и тщательно. Форштевнем крейсера вспороты ласкающие взгляд воды Японского и Китайского морей.

Горячие ветры, раскаленное солнце иссушали лица мореходов в Индийском океане и в прибрежных аравийских водах. Нагретая палуба и металлическая оснастка корабля загоняли офицеров и матросов в утробное чрево, тоже наполненное нестерпимой духотой. Сигнальщикам надо было нести вахту, наблюдать за горизонтом, передавать на мостик, находясь на высоте, испытывая на себе монотонную качку, жгучую жару.

Как только солнце в изнеможении опускалось за морской бугор, наступала темная, черная ночь, и металлические части корабля продолжали испускать тепло. Трудно было стоять на вахте, особенно тяжелы, прозванные матросами, собачьи вахты с 0.00 до 04.00 часов ночи. Поздней осенью вышли из Суэцкого канала в Средиземное море. Нелегкий был переход. Перенесли все - изматывающие силы вахты, скверное питание, ограниченный до минимума питьевой режим.

Неподалеку от Александрии египетской встретили союзную эскадру во главе с флагманом "Куин - Элизабет" поприветствовали друг друга. На вопрос адмирала - куда следуете? Ответили: "Из Владивостока, на Мурманск". Адмирал предупредил - опасайтесь германских подводных лодок.

Плавание продолжалось. Намерены были зайти во французский порт Тулон для заправок. Капитан поторапливался, чтобы избежать позднего плавания в северных широтах. Боеспособность "Пересвета" была хорошей. Скорость 18 узлов, водоизмещение 12700 тонн, длина корабля более 400 м., имел новую систему бронирования, четыре артиллерийских башни, по два орудия на концах судна. Усилили наблюдение и бдительность вахт на постах. Ночами соблюдали светомаскировку. Радиотелеграф работал только шифрованным текстом. И все-таки уберечь крейсер от гибели не удалось. В один из осенних дней под днищем корабля раздался оглушительный взрыв - корабль подорвался на мине большой взрывной силы, в трюмы хлынула вода. Капитан, получив донесения, оценив обстановку, отдал команду - спасательные средства на воду. Большинство экипажа, захватив с собой индивидуальные спасательные средства, оказались в осеннем холодном море.

Радиотелеграфисты с тонущего корабля передали сигнал бедствия. Английский спасатель направился в район бедствия. Продвигался он медленно, опасаясь мин, на одной из которых подорвался русский броненосный крейсер. Больше суток боролись за свою жизнь русские моряки в Средиземном море. Третья часть команды была поднята на английский корабль. Среди них Григорий Петрович Шебалин. Многие русские моряки переохладились и умерли уже поднятые на корабль. Трюмные команды не успели подняться на верх, покинуть трюмы, так стремительно тяжелая махина пошла на дно морское. Мужество, физическая закаленность, умение преодолеть трудности, уверенность в своих силах спасли его. Он еще в юности выбирался из холодной Бии, оказавшись в ней из перевернувшейся лодки. Английские мореходы, проявив заботу о таких же русских мореходах, выполнили союзнический долг, разместили спасенных на специальном судне-госпитале. После выздоровления и поправки, отправили попутным транспортом в Англию. Через Гибралтар, Атлантику прибыли в г. Портсмут. Большой портовый город с судостроительными и судоремонтными заводами, сухими доками.

Русских моряков не принуждали трудиться, желающие могли подыскать для себя работу и зарабатывать небольшие деньги. Чаще всего требовались люди на ремонте судов. Отношение английских властей и населения к спасенным морякам было самое хорошее. Они освоились в непривычной обстановке, постепенно овладевали языком, прогуливались по городу, заводили знакомства. Английские власти намерены были отправить русских на родину с каким-либо попутным транспортом. Между тем международная обстановка изменялась. В России произошла Февральская революция, царь отказался от престола, у власти оказалось Временное правительство, не вполне владеющее ситуацией. Не было единого взгляда на отношение к войне, к военно-политическому союзу - Антанте. Солдаты на фронте требовали прекращения империалистической войны, заключения мира, демобилизации армии. Раздавались голоса за продолжение войны до победного конца. Это встревожило -правящие круги воюющих стран. Представители Английского правительства, опасаясь распространения революционного настроения на английских рабочих, солдат, моряков, поспешили отправить русских из Портсмута и других городов на родину, в Россию.

Григорий Петрович, как и его окружение, из нижних чинов, претерпев все невзгоды трудного плавания, искупавшись в холодной купели после крушения крейсера, были довольны хорошим приемом англичан, были благодарны спасителям. Не разбираясь в политике, не были революционно настроены. Они рвались на родину. Радовались тому, что погибающий корабль не увлек их с собой в морскую пучину. И тому что, союзники-англичане спасли их, оздоровили и отправляют домой.

Возвращались домой с надеждой и дальше служить отечеству. Не понимали и не представляли, что происходит в России.

В Архангельск пришли на английском сухогрузе, прибывшим за грузом (лесом). В 1918 году прежней армии и прежнего военно-морского флота в России уже не было. Группа моряков из Томской губернии, вернувшись на родину, попыталась отыскать флотское начальство и получить увольнительную на побывку домой. Потолкавшись по Архангельску, не найдя нужных флотских чинов, имеющих право представить отпуск морячкам, они решили отправиться без разрешения. Это путешествие домой было не лёгким. Пассажирские вагоны были перегружены желающими ехать. Шла гражданская война, трудно было понять, кто распоряжается транспортом. Избегали встреч и разговоров с военными в форме и вооруженными, но без формы. Сплоченным коллективом внедрялись в переполненные пассажирские вагоны. Деньги, выданные русским консульством в г. Портсмуте на дорогу, поиздержались. На покупку питания шли личные вещи. Моряки народ находчивый и изобретательный иногда использовали котлодовольствие то белых, то красных. Добрались до дома.

В городе, Бийске, в родительском доме давно не было никаких вестей от сына. Появление Григория в родительском доме было неожиданным и радостным. Появился он во флотской форме в бушлате и широких флотских брюках, опрятный и подтянутый.

Служба на флоте, чтение книг, почти кругосветное путешествие на военном крейсере, заходы в порты иностранных государств, хоть и не длительное пребывание в Англии, расширили кругозор возмужавшего человека, сделали его более образованным и культурным. В политику он не вникал,» нести венную службу в такой неразборчивой ситуации не хотел. Защищать страну от нападающих иностранцев, считал своим долгом, а воевать внутри страны, не зная за кого и против кого, он не хотел. Обладая волевым характером, на все предложения о мобилизации отвечал отказом. Не примыкал к партиям и движениям.

Флотская служба подготовила его к работе на речных пароходах, которые теперь ходили по Оби. Чтобы лучше познакомиться с условиями работы в пароходстве, ознакомиться с пристанями, завести знакомство с плавсоставом, отправился в первую поездку матросом. На одной из пристаней обратил внимание на молодую симпатичную женщину, отправляющуюся в г. Бийск. Она тоже проявила интерес к статному матросу. Завязалось знакомство. В один из воскресных дней, принарядившись, приготовив небольшой подарок и роскошный букет цветов, на пароходе отправился на свидание. Суденышко, на» котором он плыл, делало очередную остановку на пристани Акутиха, где встречала его невеста. Здесь не всех сходящих с парохода мужчин проверяли военные. Пригодных для несения военной службы, объявляли мобилизованными в армию верховного правителя Колчака.

Григорий Петрович, приветственно помахав своей невесте, бросился в реку. Отмахав километра два от дебаркадера, вышел на безлюдный берег, высушил одежду и отправился на свидание. Мужество, смелость и уверенность в своих силах характеризуют этот поступок.

Женившись, на Антонине Дмитриевне Шураковой, он переехал на жительство в село Акутиха, поступил работать на стекольный завод. Приплавив по Оби строевой лес, построил себе дом и отдельно, рядом просторную избу для родителей. Петр Иванович и Александра Николаевна - родители Григория переехали в Акутиху и здесь доживали свой век. Григорий и Антонина вырастили двух дочерей Софью и Ларису. Он заведовал складским хозяйством, занимался материальным обеспечением цехов завода, руководил проводкой барж по протоке к стекольному заводу, организовывал разгрузку их. Тысяча девятьсот тридцать седьмой год не обошел стороной деятельного человека. Был арестован и отправлен на Колыму, где отбыл срок 10 лет. Вернулся, доживал последние годы в семье дочери. Умер в 1963 году. Похоронен он в селе Усть-Кан. Его крепкий организм жизненными невзгодами был подорван и ослаблен болезнью печени. Он обладал хорошими чертами характера - уравновешен, трудолюбив, умел многое делать. Выполнял столярные работы, знал плотницкое дело, умел сложить любую бытовую , печь, знал кирпичное производство. Был хорошей опорой семьи дочери, любил и ласкал внуков, всегда находил для них подарки и угощения. Был начитан, с ним приятно было беседовать. Семья дочери помнит и почитает своего деда и предка рода своего.